Что именно истекло
GL 134C – пятая по счету временная лицензия Управления по контролю за иностранными активами Минфина США. Она разрешала проводить операции, связанные с доставкой, продажей или выгрузкой российской нефти и нефтепродуктов, погруженных на суда по состоянию на 17 апреля 2026 года. Лицензия была выпущена 18 мая, действовала ровно месяц.
Это последняя в серии из пяти подобных разрешений, которые OFAC выдавало с конца 2025 года – после введения санкций против «Лукойла» и «Роснефти» 22 октября 2025 года и включения «Сургутнефтегаза» и «Газпром нефти» в санкционные списки. Каждая лицензия имела узкий смысл: дать рынку возможность завершить уже начатые поставки и не допустить шоковой перестройки нефтяных потоков.
Лицензия не распространялась на сделки с участием лиц и структур, связанных с Ираном, КНДР, Кубой, а также с Крымом и новыми российскими регионами.
После истечения GL 134C американские санкции в отношении крупнейших российских экспортеров вновь работают в полном объеме.
Что говорит администрация
Сигналы Вашингтона за последний месяц складываются в четкую картину.
15 апреля министр финансов Скотт Бессент дал понять, что разрешения, временно снимавшие угрозу вторичных санкций, не будут возобновлены. Его позицию поддержал министр энергетики Крис Райт. То есть истечение лицензии 17 июня – не неожиданность, а заранее объявленная точка.
16 июня, накануне истечения, Трамп прямо связал санкционную политику с открытием Ормузского пролива. Логика читается так: пока пролив закрыт и саудовско-иранская нефть не выходит на мировой рынок, удалять российские объемы из глобального предложения было экономически вредно. Как только Ормуз откроется и предложение восстановится, давление на Москву можно усиливать без риска ценового шока для американских потребителей.
Сделка США и Ирана, подписание которой ожидается 19 июня, переводит этот сценарий в практическую плоскость.
Что это значит для российских компаний
Здесь важна точность. Несмотря на громкие заголовки, истечение лицензии – не вступление в силу новых санкций, а возврат к режиму, действовавшему до выпуска первой лицензии в конце 2025 года.
«Лукойл», «Роснефть», «Сургутнефтегаз» и «Газпром нефть» остаются в SDN-листе. Любые операции с ними американских юрлиц и любых компаний под юрисдикцией США запрещены. Покупка российской нефти как таковая под санкциями не находится – запрет касается сделок с конкретными подсанкционными компаниями. Поэтому основные покупатели – Индия и Китай – продолжают закупки через собственные структуры, не подпадающие под юрисдикцию США напрямую.
Российские компании после октября 2025 года перестроили логистику: продают через цепочку посредников, используют танкеры из «теневого флота», работают через нерезидентных трейдеров. Этот режим уже отлажен, и истечение лицензии не возвращает ситуацию к шоковой неизвестности 2022 года.
Главный практический эффект – рост дисконтов. Покупатели российской нефти, прежде всего азиатские, будут требовать расширенных скидок как компенсацию за санкционные риски. В январе 2026-го расчетная цена Urals для целей налогообложения составляла $41 за баррель – при том что бюджет рассчитан исходя из цены отсечения $59 за баррель. Это уже было ниже базы. Расширение дисконта на 5–10 долларов на фоне санкционной неопределенности – реалистичный сценарий.
«Лукойл» – отдельный сюжет
Параллельно идет история продажи зарубежных активов «Лукойла» – отдельный санкционный трек со своими лицензиями.
OFAC продлило лицензию на ведение переговоров о продаже Lukoil International GmbH до 27 июня. Это структура, владеющая международными активами «Лукойла»: проектами в Азербайджане, Казахстане, Узбекистане, Ираке, Египте, Камеруне, Нигерии, Гане, Мексике, ОАЭ, Конго. Доказанные запасы по международным проектам на конец 2024 года – 1,345 млрд баррелей нефтяного эквивалента.
В конце января 2026 года «Лукойл» заключил соглашение с американской инвестиционной компанией Carlyle о продаже LIG. Сделка ожидает одобрения OFAC. Для зарубежных АЗС и болгарских активов «Лукойла» разрешение на транзакции отдельно продлено до 29 октября 2026 года.
«Лукойл» по итогам 2025 года полностью списал инвестицию в LIG и признал убыток от обесценения в 1,66 трлн рублей (около $23,4 млрд по курсу на момент публикации финансовой отчетности). То есть для компании этот актив уже выведен из баланса – теперь идут технические процедуры передачи прав.
Что у Трампа на руках
Истечение лицензии – один из элементов санкционного давления, которое США начинают использовать как переговорный инструмент.
Один козырь. Сделка с Ираном подписывается 19 июня. Открытие Ормуза высвобождает 1,5–2 млн барр./сутки иранской и саудовской нефти, плюс дополнительные объемы ОАЭ. Этот навес создает пространство для удаления российских объемов с рынка без шока для цен.
Второй козырь. ЕС начал первый этап запрета на импорт российского газа по краткосрочным контрактам. Газовая инфраструктура взаимоотношений России и Европы окончательно разрушается.
Третий козырь. Прогнозы EIA и МЭА на 2027 год сходятся в одном: после открытия Ормуза рынок войдет в фазу избытка предложения. При Brent около $79–82 в 2027-м российскому экспорту будет существенно сложнее выдерживать расширенные дисконты, чем при $107 в мае 2026-го.
Сложенные вместе три элемента дают Вашингтону инструментарий для давления, которого не было ни в 2022, ни в 2024 году. До истечения лицензии этот арсенал не использовался полностью – потому что любое усиление санкций било бы по самим США через рост цен. После 19 июня это ограничение, по логике администрации Трампа, должно исчезнуть.
Что делать российскому ТЭК
Краткосрочно – продолжать пользоваться окном высоких цен на оставшийся период. Прокачка по «Дружбе» в Венгрию и Словакию в мае вернулась к нормальным 165 тыс. барр./сутки. Азиатский экспорт работает.
Среднесрочно – готовиться к расширению дисконтов на азиатских направлениях и точечному санкционному давлению на отдельные компании. Это означает рост значения внутреннего рынка, ускоренное завершение совместных проектов с дружественными юрисдикциями (Саудовская Аравия, ОАЭ, Узбекистан), форсирование «Силы Сибири – 2» с Китаем.
Главная неопределенность следующих недель – поведение Трампа. Если давление будет резким (повторное введение санкций против NIS, новые санкции против отдельных компаний), Москва получит шок и время на адаптацию. Если давление будет тонким (расширение мониторинга, давление на посредников, инструкции азиатским банкам), эффект будет накопительный и труднопрогнозируемый.
19 июня – точка отсчета. И для сделки США-Иран, и для следующего этапа санкционной политики в отношении России.
Действие генеральной лицензии GL 134C OFAC Минфина США истекло 17 июня 2026 года в 00:01 по местному времени. Это была пятая по счету временная лицензия, разрешавшая операции с российской нефтью и нефтепродуктами с момента введения санкций против крупнейших нефтекомпаний РФ в октябре 2025 года.
