Результаты прошедшего в Дубае СОР28 получили прямо противоположные оценки: от «торжественных похорон ископаемого топлива» до «нефтегаз получил все, что хотел»
Результаты прошедшего в Дубае СОР28 получили прямо противоположные оценки: от «торжественных похорон ископаемого топлива» до «нефтегаз получил все, что хотел».
В ходе 28-й Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата в Дубае борьба шла между двумя позициями: одна группа выступала за формулировку «отказ от ископаемого топлива», а страны-производители нефти, газа и угля резонно утверждали − на климат влияют выбросы парниковых газов, так что давайте бороться с выбросами, а не с топливом.
Сражение шло до последнего. Источники сообщают, что компромисс по окончательному тексту Соглашения, принятого участниками, был достигнут в 6 часа утра по дубайскому времени 13 декабря (официально конференция завершилась 12 декабря), а сам текст был обнародован уже утром около полудня.
Ранее подготовленная версия была категорически отвергнута ЕС и Альянсом малых островных государств − они отказались принять любую формулировку, кроме поэтапного отказа от ископаемого топлива. Другие участники, такие как Саудовская Аравия и Африканская группа, заявили, что не поддержат текст с резкими формулировками, призывая вместо этого к поэтапному сокращению выбросов и созданию лазейки для «сокращения выбросов» через улавливание углерода. США оказались в числе сторонников сокращения выбросов, как и Великобритания.
Достижение компромисса приписывают лично президенту СОР28 доктору Султану Аль-Джаберу (Аль-Яберу в другой транскрипции). Показательно, что к г-ну Аль-Джаберу, обладателю трех дипломов о высшем образовании (бакалавра в области химического машиностроения, доктора в области бизнеса и экономики, магистра делового администрирования) в ходе мероприятия не было высказано особых претензий.
В тексте Соглашения говорится, что стороны «признают, что изменение климата является общей проблемой человечества». На этом держится вся конструкция − человечество виновно в угрожающем изменении климата. Не все в это верят, более 1600 ученых подписали декларацию, в которой говорится, что климатического кризиса не существует.
Самое забавное, что в это не верит президент СОР28 г-н Аль-Джабер. Раздражённо отвечая на вопросы Мэри Робинсон на мероприятии, состоявшемся 21 ноября, еще до открытия СОР28, Аль-Джабер заявил: “Я никоим образом не присоединяюсь к какой-либо дискуссии, которая является паникерской. Нет ни одной научной работы, которая утверждала бы, что постепенный отказ от ископаемого топлива − это то, что позволит достичь 1,5 °C [ограничить глобальное потепление значительно ниже 2°C]. Пожалуйста, помогите мне, покажите мне дорожную карту поэтапного отказа от ископаемого топлива, которая позволит обеспечить устойчивое социально-экономическое развитие, если только вы не хотите вернуть мир обратно в пещеры”.
На СОР28 ему припомнили эти слова и, похоже, провели «разъяснительную» беседу. Султан был вынужден извиниться: "Мы полностью понимаем срочность этого вопроса [борьбы с глобальным потеплением]. Я всегда очень четко осознавал тот факт, что мы следим за тем, чтобы все, что мы делаем, было сосредоточено вокруг науки. Мы никоим образом не недооценивали и не подрывали стоящую перед нами задачу». Джабер назвал как поэтапное сокращение, так и отказ от ископаемого топлива «необходимыми», добавив, что его предыдущее заявление было вырвано «из контекста».
Право же, ничего нового, в СССР в оные времена кибернетика и генетика были объявлены буржуазными лженауками, а Альберт Эйнштейн исключен из Академии наук.
Что бы ни думал про себя Аль-Джабер, он сумел успешно завершить конференцию, и все страны подписали Соглашение (Альянс малых островных государств (AOSIS) потом пожаловался, что их не было в зале во время во время объявления о сделке).
Основные пункты Соглашения:
- Соглашение призывает к переходу «от ископаемого топлива в энергетических системах справедливым, упорядоченным и равноправным образом, ускоряя действия в это критическое десятилетие, чтобы достичь чистого нуля к 2050 году в соответствии с научными данными»;
- стороны признают, что «ограничение глобального потепления 1,5 °C без превышения или с ограниченным превышением требует глубокого, быстрого и устойчивого сокращения глобальных выбросов парниковых газов на 43 процента к 2030 году и на 60 процентов к 2035 году по сравнению с уровнем 2019 года и достижения чистого нуля выбросов углекислого газа к 2050 году»;
- стороны признают необходимость:
а) «утроить глобальные мощности возобновляемых источников энергии и удвоить глобальные среднегодовые темпы повышения энергоэффективности к 2030 году»;
b) «активизировать усилия по поэтапному отказу от использования угольной энергетики»;
с) «интенсифицировать усилия во всем мире по созданию энергетических систем с нулевым уровнем выбросов, в частности, использованию топлива с нулевым и низким содержанием углерода задолго до или примерно к середине века»;
d) «ускорения внедрения технологий с нулевыми и низкими выбросами, включая, в частности, возобновляемые источники энергии, ядерную энергию, технологии снижения и удаления выбросов, такие как улавливание, использование и хранение углерода, особенно в трудно поддающихся сокращению секторах, а также низкоуглеродное производство водорода»;
e) «ускорение и существенное сокращение выбросов, не связанных с углекислым газом во всем мире, включая, в частности, выбросы метана, к 2030 году»;
g) «ускорение сокращения выбросов от автомобильного транспорта по ряду направлений, в том числе за счет развития инфраструктуры и быстрого внедрения транспортных средств с нулевым или низким уровнем выбросов»;
h) «как можно скорее поэтапно отказаться от неэффективных субсидий на ископаемое топливо, которые не решают проблему энергетической бедности и энергетического перехода».
Соглашение признает, что «переходные виды топлива могут сыграть роль в содействии энергетическому переходу, обеспечивая при этом энергетическую безопасность».
В общем, в Соглашении есть все, всем «сестрам по серьгам»:
- «переходные виды топлива» − каждая страна сама решает, как для нее виды топлива «переходные», довольны все − газовики, угольщики, производители этанола и пеллет;
- «энергетические безопасность» и «научный подход к энергопереходу» − топим углем ради безопасности энергоснабжения, по-другому не получается;
- «улавливание углерода» − сжигаем уголь, но рядом стоит установка прямого улавливания углерода из воздуха (DAC), соотношение выбросов к улавливанию может быть миллион к одному.
Сделка, которая устроила чуть-чуть всех, но полностью никого, по оценке The Wall Street Jornal, обладает всей «силой и идеализмом» пакта Бриана-Келлога 1928 года. Сейчас никто не помнит этого пакта, а он должен был открыть для человечества новую эпоху − отказа от войны в качестве орудия внешней политики и создания системы коллективной безопасности в Европе.
Издание пишет о «фальшивых климатических обещаниях COP28», как будто предыдущие СОР были чем-то лучше. В резолюции СОР26 в Глазго два года назад говорилось об «ускорении усилий по поэтапному отказу от неослабевающей угольной энергетики и неэффективных субсидий на ископаемое топливо». На СОР27 в Шарм-Эль-Шейхе снова прозвучал призыв к постепенному отказу от использования угля и субсидирования неэффективных ископаемых видов топлива. И что изменили эти резолюции? Накануне саммита Global Energy Monitor сообщил, что в настоящее время по всему миру строится около 204 000 мегаватт новых угольных мощностей, из которых 67% приходится на Китай. В дополнение к этому количеству строящихся электростанций в мире объявлено о строительстве еще 353 000 МВт угольных мощностей. «Смысл сделки − сохранить иллюзию Запада о том, что его климатическая политика чего-то добивается», − резюмирует WSJ. По мнению ИРТТЭК, апелляция к «иллюзиям» призвана отвести читателей от подлинной цели климатической истерии, в большой политике никогда не было, нет и не будет места для «иллюзий».
К реальным достижениям СОР28 можно отнести подписание более чем двумя десятками стран Декларации об увеличении в три раза к 2050 году мировой мощности ядерной энергетики (все согласны, что это «ядерный ренессанс») и создание Фонда потерь и ущерба для уязвимых стран с обещанием первоначального взноса в размере около 600 миллионов долларов. ЕС пообещал внести в Фонд не менее 250 млн евро, ОАЭ обещали 100 млн долларов, Великобритания – 40 миллионов фунтов стерлингов, Япония – 10 миллионов долларов, США – 17,5 миллионов долларов. Однако механизм работы Фонда так и не был окончательно утвержден. Пока Фондом будет заниматься структура в составе Всемирного банка.
Из присутствующих в Соглашении цифр наиболее сильное впечатление производят оценки потребностей в финансах. Авторы себя не ограничивали:
- Подчеркивает растущий разрыв между потребностями Сторон, являющихся развивающимися странами, особенно из-за растущего воздействия изменения климата, усугубляемого сложными макроэкономическими обстоятельствами, и поддержкой, предоставляемой и мобилизованной для их усилий по осуществлению своих определяемых на национальном уровне вкладов, подчеркивая, что такие потребности в настоящее время оцениваются в 5,8–5,9 триллионов долларов США на период до 2030 года;
- Также подчеркивается, что потребности развивающихся стран в финансировании адаптации оцениваются в 215–387 миллиардов долларов США ежегодно вплоть до 2030 года, и что около 4,3 триллионов долларов США в год необходимо инвестировать в чистую энергетику до 2030 года, а затем увеличиться до 5 триллионов долларов США в год до 2050 года, чтобы иметь возможность достичь нулевых выбросов к 2050 году».
Очевидно, что таких сумм никто никогда не выделит, да они и не нужны − никакого глобального потепления, тем более вызванного человечеством, не существует. Последний график на эту тему − максимальные температуры на рождество в 48 штатах США с 1890 до 2022 (132 года), они не изменились от роста концентрации СО2 (синяя кривая).
Во всей истории с глобальным потеплением самое печально то, что она не дает человечеству подготовиться к реальному изменению климата − очередному похолоданию. Директор Лимнологического института СО РАН Андрей Федотов, например, уверен в неминуемой резкой, в течение нескольких лет, смене климата в 2030–2035 годах, которая приведет к замерзанию Северного морского пути.
Пока же в Дубае празднуют окончание СОР28.
