Технический комитет ОПЕК++, прошедший во вторник, не дал никаких рекомендаций министрам, которые в ближайший четверг должны будут решить, станет ли альянс увеличивать квоты на добычу нефти и если да – то насколько. Традиционно это трактуется как признак отсутствия единства между странами. Как обычно, главными антагонистами выступают ключевые страны альянса – Россия и Саудовская Аравия. Впрочем, можно с уверенностью утверждать, что компромисс будет достигнут – повторения событий марта прошлого года никто не хочет.
ОПЕК подтверждает ранее данный прогноз роста глобального спроса на нефть в размере 6 млн барр./сут., говорится в пресс-релизе организации по итогам прошедшего во вторник, 29 июня, технического комитета соглашения ОПЕК++. При этом комитет рассматривает два сценария развития событий на рынке нефти. Базовый, как уже говорилось, предполагает рост спрос на нефть в 2021 году на 6 млн барр./сут. (до 96.5 млн барр./сут.) и дефицит поставок в размере 1,5 млн барр./сут. В консервативный сценарий заложен рост спроса на 5,5 млн барр./сут. и дефицит в 0,8 млн барр./сут.
Варианты изменения уровней добычи в августе на заседании комитета не обсуждались. Генеральный секретарь ОПЕК Мохаммед Баркиндо отметил «значительное улучшение условий на рынке нефти и перспектив будущего роста», но одновременно призвал всех участников рынка «к осмотрительным действиям в связи с сохраняющейся значительной неопределенностью».
Противоречивые заявления Баркиндо как нельзя лучше отражают разногласия в альянсе, ключевые члены которого, Россия и Саудовская Аравия, придерживаются противоположных точек зрения на оптимальную политику. Россия, которая не так сильно зависит от высоких цен на нефть, в сложившейся ситуации, когда баррель Brent устойчиво держится выше $75, предпочла бы увеличение поставок дальнейшему росту котировок. Этому даже есть рациональное объяснение – чрезмерное подорожание сырья грозит перегревом рынка и очередным обвалом. Поэтому, как говорил классик, «лучше меньше, да лучше».
Бюджет Саудовской Аравии куда более чувствителен к ценам на нефть. По оценке МВФ, точка баланса находится в районе $66 за баррель. Поэтому даже сегодня саудиты не чувствуют себя спокойно и заявляют о необходимости осторожного подхода к увеличению добычи. Рациональное объяснение есть и у Эр-Рияда – быстрый рост цен (в полтора раза с начала года) не гарантирует устойчивости восстановления рынка. Собственно, цитата классика будет уместна и тут, только в случае РФ речь идет о цене, а для КСА – об уровне предложения.
Попробуем оценить аргументацию сторон. Сторонники увеличения добычи могут апеллировать к опасности роста поставок со стороны сланцевых производителей США. Сланцевые технологии, в отличие от традиционных, позволяют быстро наращивать производство. Лимитирующим фактором является лишь доступность финансовых ресурсов. В прошлом это уже приводило к кризисам перепроизводства, когда избыток нефти на рынке приводил к резкому падению стоимости.
Сейчас сланцевые производители заявляют о смене модели и переходе от инвестиций в добычу к сокращению задолженности и выплате дивидендов. Пока эти декларации даже подкрепляются делом. Ожидается, что в 2021 году сектор поставит рекорд по свободному денежному потоку за все время своего существования – $30 млрд. Однако не факт, что по мере приближения котировок к $100 за баррель стремление к быстрой прибыли очередной раз не возьмет верх. С этой точки зрения безопаснее наращивать поставки, удерживая таким образом цены в относительно комфортном и в то же время не слишком высоком диапазоне.
На стороне пессимистов выступают «иранские баррели» и коронавирус. Несмотря на то, что президентом Ирана стал консерватор Ибрахим Раиси, это может лишь замедлить, но не остановить переговоры с США о возвращении к ядерной сделке и отмене санкций. «Иранское руководство не может выполнять тот «социальный контракт», благодаря которому Исламская республика и существовала 40 лет. Они не могут обеспечить пресловутую «стабильность», хорошее, качественное дешевое образование и медицину для большинства населения. Раньше у них это получалось в значительной мере благодаря высоким доходам от нефти, но сейчас с этим все обстоит крайне скверно», – отмечал в интервью «Радио Свобода» востоковед Михаил Магид.
По заверениям министра нефти Ирана Бижана Зангане, страна может быстро вернуться к уровням добычи 1970-х годов и производить 6,5 млн барр./сут. Большинство аналитиков, правда, оценивают возможности иранских нефтяников скромнее и называют цифру 4,5 млн барр./сут. Дополнительные поставки в случае снятия санкций составят 0,5-1 млн барр./сут. Это меньше ожидаемого дефицита, однако существует другая опасность – быстрый выход на рынок большого количества иранской нефти, накопленной за время санкций. Сейчас Иран хранит в танкерах 78 млн баррелей, сообщила на прошлой неделе аналитическая компания Kpler. Значительная часть этого объема может быть доставлена потребителям в течение нескольких дней после снятия ограничений.
Самую серьезную угрозу для стабильности нефтяных рынков представляет эпидемиологическая ситуация. Появление новых штаммов коронавируса, потенциально способных заражать вакцинированных людей, уже привело к возвращению отмененных было санитарных требований вроде ношения масок и ограничений на посещение определенных стран. Недостаточность статистического материала не позволяет оценить ни вероятность развития событий по пессимистическому сценарию, ни эффективность принимаемых мер. Поэтому рациональным поведением сейчас является рассмотрение, в числе прочих, и варианта введения новых карантинов и локдаунов по образцу прошлого года. С предсказуемыми последствиями для сырьевых рынков.
Пока консенсус-прогноз – скромное увеличение квот ОПЕК++ в пределах 400-500 тыс. барр./сут. На меньшее, скорее всего, не согласится России, на большее – Саудовская Аравия. Вероятность, что министрам не удастся договориться, расценивается как нулевая. Существующие противоречия не настолько сильны, чтобы заставить участников соглашения забыть, к чему привела их неспособность найти компромисс в марте 2020 года. Скорее всего срок планирования будет ограничен августом, в течение которого производители будут наблюдать за развитием ситуации с распространением вируса и в зависимости от нее корректировать дальнейшую стратегию