Цифры по 2026 году
Доклад фиксирует масштаб того, что уже произошло, и пересматривает оценки в худшую сторону.
Предложение мирового рынка нефти в 2026 году снизится на 3,9 млн барр./сутки – до 102,4 млн барр./сутки. В мае добыча упала до 94,5 млн барр./сутки, что на 600 тыс. барр./сутки меньше апреля и на 13,6 млн барр./сутки ниже доконфликтных уровней.
Спрос МЭА оценивает в 103,29 млн барр./сутки против предыдущей оценки 104,03 млн барр./сутки. Падение спроса в 2026 году – 1,1 млн барр./сутки, что на 700 тыс. барр./сутки хуже майского прогноза. Главные причины – высокие топливные цены и перебои с доступностью нефтепродуктов во втором квартале.
Запасы сокращаются ускоряющимися темпами. В мае мировые наблюдаемые запасы упали на 143 млн баррелей против 74 млн баррелей в апреле. С начала конфликта в феврале 2026 года средний темп истощения – 3,8 млн барр./сутки. Особенно резко падают государственные резервы стран ОЭСР: за тот же период минус 163 млн баррелей, рекордно низкий уровень с декабря 1990 года.
Переработка сократится в 2026 году на 2 млн барр./сутки – до 82 млн барр./сутки. Самые глубокие сокращения МЭА ожидает в третьем квартале: Китай, Ближний Восток, Евразия и Азия (без ОЭСР) урежут переработку в общей сложности на 4,7 млн барр./сутки относительно прошлого года.
Что МЭА говорит о 2027-м
Впервые в публичной аналитике крупного агентства появилась развернутая оценка следующего года в новых условиях. И она радикально отличается от 2026-го.
Предложение восстановится на 8 млн барр./сутки – до 110,3 млн барр./сутки. Это больше, чем рынок терял весь 2026 год: дополнительные 8 млн баррелей за один год – феноменальная по динамике картина восстановления, в которую заложен резкий выход законсервированной добычи стран Персидского залива и наращивание производства странами вне ОПЕК+.
Спрос вырастет на 2 млн барр./сутки – до 105,3 млн барр./сутки. Восстановление будет идти быстрее, чем обычно, за счет нормализации торговых потоков, снижения цен и улучшения экономической конъюнктуры.
Математика очевидна: предложение растет в четыре раза быстрее спроса. Это и есть тот самый навес (устойчивый избыток предложения над спросом, давящий на цены), о котором МЭА предупреждает напрямую. Цитата из доклада: «Наш первый взгляд на балансы 2027 года показывает, что в следующем году возникнет значительный навес».
Структура восстановления добычи
Цифры МЭА вскрывают любопытную перебалансировку игроков на рынке.
ОПЕК+ в 2026 году снизит добычу на 4,7 млн барр./сутки – до 42,1 млн барр./сутки. Альянс теряет долю рынка, что неудивительно: страны Персидского залива физически не могут добывать в условиях блокады Ормуза.
Страны вне ОПЕК+ нарастят добычу примерно на 820 тыс. барр./сутки – до 60,3 млн барр./сутки в 2026-м. Главные бенефициары – США, Канада, Бразилия и другие производители Северной и Южной Америки. Этот сдвиг повторяет картину 2022–2023 годов, когда американская сланцевая добыча получала ценовые премии за счет российских ограничений.
В 2027-м картина выровняется – но не полностью. Рост в 8 млн барр./сутки распределится между ОПЕК+ (восстановление законсервированной добычи) и вне-ОПЕК+ (продолжение наращивания). Доля картеля в мировой добыче, скорее всего, не вернется к уровням 2025 года.
Оговорки самого МЭА
Агентство необычно прямо предупреждает о неопределенности собственного прогноза. Базой для оценки стало рамочное соглашение между США и Ираном, окончательный меморандум о взаимопонимании ожидается к публикации только 19 июня. По словам МЭА, ряд важных, но спорных деталей механизмов возобновления поставок через Ормузский пролив, как ожидается, еще предстоит согласовать – поэтому сохраняются риски снижения прогноза.
Среди операционных и политических ограничений МЭА называет затяжное разминирование пролива и неурегулированные транзитные соглашения. Если эти процессы будут идти медленнее заявленных сроков, дефицит 2026-го продлится, а навес 2027-го уменьшится.
PVM Oil Associates, чьи комментарии вошли в материалы по докладу, обращают внимание на парадокс: несмотря на колоссальное истощение запасов, цены на нефть сейчас находятся вблизи уровней конца февраля – то есть до начала конфликта. Это означает, что рынок уже «заложил» сценарий открытия Ормуза в текущие котировки.
Что это означает для российского ТЭК
Прогноз МЭА в значительной мере сводит вместе все, о чем ИРТТЭК писал последние две недели – от прогнозов EIA до ОПЕК+ и сделки по Ормузу – и переводит это в среднесрочную картину.
Краткосрочно (до конца 2026): запасы будут сокращаться рекордными темпами, цены останутся выше комфортных для большинства потребителей. Для российского экспорта это окно возможностей – то самое, о котором Новак говорил на ПМЭФ.
Среднесрочно (2027): «значительный навес» означает давление на цены. Brent в диапазоне $75–82, о котором EIA говорило 9 июня, становится не нижней границей сценария, а вполне рабочим базовым прогнозом. Для российского бюджета, ориентирующегося на цену $60 за баррель, это сохраняет запас прочности, но снижает дополнительные доходы.
Стратегический риск: перебалансировка в пользу стран вне ОПЕК+ означает, что после открытия Ормуза картель не сможет одной рукой управлять рынком так же эффективно, как до конфликта. Доля американских, канадских и бразильских производителей растет, и она не будет легко возвращена в зону влияния ОПЕК+. Координация с Саудовской Аравией для России становится не просто опцией, а необходимостью.
Следующая контрольная точка – 19 июня, когда (или если) будет подписан финальный меморандум США и Ирана. После этого МЭА обновит прогноз в июльском докладе, и тогда станет понятно, насколько корректна сегодняшняя оценка «значительного навеса».
Июньский доклад МЭА опубликован 17 июня 2026 года. Это первый отчет агентства с расширенным горизонтом прогнозирования до 2027 года – расширение, обусловленное продолжающимся конфликтом на Ближнем Востоке.
