Американский стартап Marathon Fusion 21 октября сообщил, что в сентябре получил стабильное золото из ртути с помощью нейтронов термоядерных реакций. Опубликованный спектр подтверждает реакцию, на которой компания с 2025 года строит экономику будущих термоядерных станций. Окупаемость такой станции определят две величины из ее же расчетов: 622 т обогащенной ртути-198 и почти 14 лет выдержки золота перед продажей.
Что показал сентябрьский опыт
Marathon объявила о результате в соцсети X и сообщила, что превзошла рекорд ЦЕРН в десять раз. Единственное приложенное доказательство – гамма-спектр, снятый через 8–44 часа после облучения, с линиями ртути-197 и золота-197. Это цепочка, которую компания описала летом 2025 года: нейтрон с энергией 14 МэВ выбивает из ядра ртути-198 один нейтрон, получившаяся ртуть-197 с периодом полураспада около 2,7 суток захватывает электрон и становится стабильным золотом-197. Масса металла, его изотопный состав, длительность облучения и затраты энергии не раскрыты.
Метрику сравнения с ЦЕРН компания тоже не назвала. В мае 2025 года ЦЕРН сообщил, что за 2015–2018 годы в столкновениях ядер свинца на Большом адронном коллайдере возникло около 86 млрд ядер золота общей массой примерно 29 пикограммов и все они сразу разрушились о детали ускорителя. Максимальный темп составлял около 89 тыс. ядер в секунду. Если Marathon сравнивает именно темп, ее десятикратный рекорд соответствует примерно 9 нанограммам золота за год непрерывной работы, по расчету ИРТТЭК. Расчетная промышленная станция компании должна выпускать около 3 т в год.
Станция, которую окупает золото
Расчет станции изложен в препринте Адама Рутковски, Джейка Хартера и Джейсона Паризи, впервые опубликованном 17 июля 2025 года. Ртуть-198 вместе с литием помещается в бланкет – оболочку реактора, где нейтроны одновременно нарабатывают тритий для топлива и превращают ртуть в золото. В эталонном варианте на 1,5 ГВт тепловой мощности станция дает около 2,95 т золота в год, а воспроизводство трития остается на уровне 1,19 при цели авторов 1,2. На сайте компании та же логика сведена к выручке станции гигаваттного масштаба: $223 млн в год от электричества и $482 млн с учетом золота.
Экономический раздел препринта показывает, насколько проект зависит от металла. При капзатратах $3 млрд, ставке дисконтирования 8%, сроке службы 30 лет и цене электричества $50 за МВт·ч чистая приведенная стоимость станции, которая продает только электроэнергию, у авторов почти нулевая. Добавление 3 т золота в год по $100 тыс. за килограмм, то есть $300 млн выручки ежегодно, поднимает ее выше $3 млрд. Электричество в этой модели лишь окупает станцию, прибыль целиком приходится на золото.
Сегодня Marathon строит в Сан-Франциско установку с мощностью термоядерных реакций 1 кВт: пучок ионов дейтерия бьет в твердую мишень из тритида лития. Эталонная станция из препринта мощнее в 1,5 млн раз. Установка служит источником нейтронов для опытов с трансмутацией и испытаний материалов, а киловатт мощности реакций не учитывает энергию, которую потребляют ускоритель и вспомогательные системы.
Ближний путь к деньгам авторы описывают в другой работе. В препринте «Isotope Production in Fusion Systems», обновленном 22 марта 2026 года, Паризи и соавторы показывают, что малые установки мощностью от ватт до мегаватт могут окупаться продажей изотопов, даже потребляя больше энергии, чем выделяют. Система на 3 МВт, превращающая рутений-102 в медицинский молибден-99, по их оценке способна закрыть мировой спрос на этот изотоп. Совместный выпуск электричества и золота снижает требуемое усиление плазмы с 10–100 до 3–5, но относится к станциям гигаваттного класса.
Ртути хватит на две станции
Начальная загрузка эталонной станции – 622 т ртути-198, обогащенной до 90%. В природной ртути этого изотопа около 10%, поэтому на одну загрузку уходит примерно 6,2 тыс. т обычной ртути. Авторы сами перечисляют доступные запасы: около 1,7 тыс. т у Министерства энергетики США, почти 5 тыс. т у Министерства обороны, 6 тыс. т в ЕС и около 130 т ежегодного извлечения из отходов. За десять лет, по их оценке, можно собрать около 14 тыс. т ртути, или 1,4 тыс. т ртути-198, – на две с небольшим станции.
Нарастить добычу мешает Минаматская конвенция: она запрещает открывать новые ртутные рудники и требует закрыть действующие в течение 15 лет. Авторы рассчитывают на предусмотренный конвенцией механизм исключений для процессов с экологической пользой. Обогащение они оценивают примерно в $2,4 за килограмм ртути-198 по затратам электроэнергии на фотохимическое разделение. При этом промышленное разделение изотопов ртути в масштабе сотен тонн препринт называет одной из двух главных нерешенных задач, вторая – материалы бланкета, выдерживающие одновременно литий и ртуть.
Золото, которое нельзя сразу продать
Целевое золото-197 стабильно, но вместе с ним в бланкете нарабатываются радиоактивные примеси. Ртуть-196, которой в природной ртути доли процента, дает золото-195 с периодом полураспада около 186 суток, а самым долгоживущим загрязнителем авторы называют таллий-204 с периодом 3,78 года. Эталонный металл выходит на категорию низкоактивных отходов класса A через 6,8 года, опускается ниже порога, после которого груз в США можно перевозить без маркировки радиоактивного, через 13,7 года, а унция золота становится не активнее банана через 17,7 года. Каждое десятикратное снижение исходного золота-195 сокращает выдержку примерно на 1,7 года, поэтому глубокая очистка сырья от ртути-196 переносит часть проблемы на обогащение.
Экономический раздел препринта не уточняет, учтена ли выдержка в денежном потоке. Без нее 30 лет продаж золота по $300 млн дают при ставке 8% около $3,4 млрд приведенной стоимости, что близко к итогу авторов. Если каждую партию продавать через 13,7 года после выпуска, по расчету ИРТТЭК та же выручка стоит около $1,2 млрд, при 6,8 года – около $2 млрд. Почти две трети ценности золота съедает ожидание, и раз электричество лишь окупает станцию, ее чистая приведенная стоимость падает примерно в той же пропорции.
К первой продаже при выдержке 13,7 года на складе станции накопится около 41 т золота. Все это время металл числится радиоактивным материалом и требует охраняемого хранения. По цене из препринта такой запас стоит примерно $4,1 млрд – больше, чем вся станция, капзатраты на которую авторы оценивают в $3 млрд.
