Когда Владимир Путин предложил Турции идею создания газового хаба, энергетический рынок напрягся. Мгновенно возникло множество вопросов, например, какую выгоду от этого получат Россия и Турция, как это отразится на ценах на газ, скажется ли проект на президентских перспективах Реджепа Эрдогана и вообще реально ли его реализовать в техническом плане
Инициатива Владимира Путина появилась вполне ожидаемо на фоне непрекращающихся санкций Запада против российских энергоносителей. Москве надо было что-то предпринимать, и одним из таких вариантов стала идея о создании газового хаба в Турции, который был бы полезен и России. Стали звучать предположения, что Россия с помощью Турции хочет «обойти» страны Северной Европы, с которыми испортились отношения, и выйти на новые рынки.
- Идея создания газового хаба в Турции связана с попыткой выйти из международной изоляции, в которой Россия оказалась в 2022 году, - отмечает Кирилл Родионов, эксперт Института развития технологий ТЭК. - Турция не присоединилась к санкциям в отношении России, при этом страна уже участвует в транзите российского газа в Европу: речь идет о «Балканской» ветке «Турецкого потока», по которой российский газ поставляется в страны Южной Европы; мощность этой ветки составляет 43 млн кубических метра в сутки, что ниже аналогичных показателей для «Северного потока-1» (150 млн куб. м/сут.), газопровода «Ямал-Европа» (90 млн куб. м/сут.) и украинской газотранспортной системы на границе с ЕС (390 млн куб. м/сут.). Для сравнения: импорт газа в ЕС (с учетом СПГ) составляет около 1 млрд куб. м/сут.
Если говорить о том, насколько сама Турция зависит от российского газа, то эта зависимость за пару десятилетий значительно снизилась благодаря успешной диверсификации ресурсов. В 1990-е годы доля российского газа составляла более 60%, но со временем она упала до 40% из-за того, что выросли поставки из Азербайджана и Ирана.
ТЕХНИЧЕСКИЕ И ФИНАНСОВЫЕ СЛОЖНОСТИ
Вообще «хаб» - это некая точка, где сходятся трубопроводы, идущие из разных стран и разным компаниям. Очевидно, что географически Турция идеально подходит под данную цель, тем более что на территории этой страны уже проложено множество нефте- и газопроводов.
При этом есть несколько «но». Для хаба необходимо несколько условий, например, конкурентный местный рынок газа. Турция субсидирует внутренние цены на газ, что несколько отдаляет ее от превращения в центр газовой торговли. Стране желательно повысить роль частного сектора, позволив как западным, так и незападным компаниям конкурировать на своем газовом рынке.
Стоит также учитывать, что экономики России и Турции сейчас не в идеальном состоянии, а строительство новых трубопроводов встанет в миллиарды долларов. На иностранные инвестиции тоже рассчитывать не приходится по вполне понятным причинам. Да и на западных специализированных подрядчиков надежды нет.
- Препятствием могут стать финансовые потери «Газпрома», - считает Эксперт ИРТТЭК Кирилл Родионов. - Компания из-за сокращения поставок в Европу лишается значительной части экспортной выручки, которую бы можно было использовать для инфраструктурных проектов. Косвенно об этом свидетельствует ежемесячная сводка Минфина о поступлениях нефтегазовых доходов. Например, в октябре 2022 г. поступления по экспортной пошлине не газ снизились на 34% в сравнении с аналогичным периодом 2021 г. (на 34 млрд руб.). Поэтому у «Газпрома» в ближайшее время не будет много лишних денег для финансирования инфраструктурных проектов.
В техническом плане у проекта тоже есть трудности.
- Создание хаба подразумевает необходимость строительства дорогостоящей подводящей инфраструктуры: проект потребует не только сооружения дополнительных ниток «Турецкого потока» к уже двум существующим (мощностью 43 млн куб. м/сут. каждая), но и строительства подводящей инфраструктуры в России, а также газораспределительной инфраструктуры в Европе – в тех странах, которые транзитом через Турцию будут импортировать российский газ, - рассказывает Кирилл Родионов.
КОМУ ВЫГОДНЕЕ
В энергетическом сообществе сразу же возникли дискуссии о том, кому предложение более выгодно: Турции или России. Многие считают, что обеим сторонам, причем как в экономическом, так и в геополитическом плане. Турки получат новый источник дохода и обеспечат новые рабочие места, а также и рычаг для геополитического давления. О дефиците газа тоже речи не будет. Хотя вновь возрастет зависимость от Москвы. Хотя в политическом краткосрочном плане президенту Эрдогану это может принести дополнительные баллы.
Есть геополитические интересы и у Москвы. Они разные, но, например, с помощью хаба можно несколько «оттянуть» Турцию от Запада, «привязав» ее к себе газовыми трубами.
Эксперт ИРТТЭК Кирилл Родионов считает, что «сказалось и желание политического руководства Турции поддержать реноме медиатора в непростых отношениях между Россией и странами ЕС».
«При этом проект выгоден Турции: если «Газпром» за собственный счет построит газотранспортную и газораспределительную инфраструктуру, страна действительно может стать важным региональным хабом на юге Европы», - добавил эксперт.
Также есть и третьи стороны, которым создание хаба совершенно не на руку. Например, Азербайджан. Потенциальное увеличение транзита российского газа вряд ли понравится ближайшему союзнику Турции, который сам экспортирует газ в Европу и планирует эти поставки наращивать.
Про санкции тоже забывать не стоит.
- Любые инфраструктурные проекты с российским участием в Европе находятся под санкционным риском, поэтому не стоит ждать их быстрого одобрения европейскими регуляторами. В этой связи вероятность реализации проекта остается очень низкой. Когда у России появятся возможности для полноценного выхода из международной изоляции, проект будет быстро положен под сукно, - отмечает эксперт ИРТТЭК Кирилл Родионов.
Нет ответа и на вопрос, кто конкретно будет российский газ закупать. Если оставить за скобками возможный вариант смешивания российского газа с продукцией других стран, то пока будущее российского газа в Европе видится туманным. В связи с этим предложение Владимира Путина о турецком хабе пока больше похоже на яркую идею без конкретных очертаний.
