Рост цен на топливо стал основной экономической темой 2021 года. Цена нефти взлетела с 56 до 88 долл./барр. – 57% (текущая цифра дана на 19 января).
Рост цен на топливо стал основной экономической темой 2021 года. Цена нефти взлетела с 56 до 88 долл./барр. – 57% (текущая цифра дана на 19 января).
Спотовая цена газа на TTF выросла c 18,25 до 73,44 EUR/МВтч – 302% (с 224 до 902 $/тыс. куб. м, текущая цифра дана на 19 января)
В обзоре МЭА по мировой энергетике сообщается, что в 2021 году индекс цен на электроэнергию для основных оптовых рынков почти удвоился по сравнению с 2020 годом и вырос на 64% по сравнению со средним показателем 2016–2020 годов.
Оптовые цены на электроэнергию в США в четвертом квартале 2021 года были почти на 75% выше среднего показателя четвертого квартала 2016–2020 годов.
В Японии средний показатель за четвертый квартал 2021 года превысил средний показатель 2016–2020 годов на 80%.
Оптовые цены электроэнергии в четвертом квартале 2021 года во Франции, Германии, Испании и Соединенном Королевстве были в три-четыре раза выше, чем в среднем за четвертый квартал 2016–2020 годов.
В обзоре МЭА рост цен объясняется резким ростом цены газа наряду с увеличением спроса, а в Европе дополнительно двукратным ростом цены эмиссии углерода на ETS.
Экономисты также объясняют рост цен эмиссией основных мировых ЦБ. С августа 2008 по декабрь 2021 года центральные банки влили в мировую экономику $24 трлн. Совокупный баланс указанных на рисунке ЦБ составил $28,6 трлн.
Только за 2020–21 годы ведущие мировые ЦБ напечатали $11,8 трлн.
Эти деньги хлынули на биржевой и товарный рынки и естественным образом разогнали монетарную инфляцию.
Еще один фактор роста цен – курс самых крупных стран мира на сокращение выбросов и декарбонизацию. По мнению аналитиков Saxo Bank, политика ESG и зеленая трансформация уже тормозит и будет дальше тормозить рост предложения, что приведет к значительному подъему цен на сырьевые товары. В банке считают, что мир сталкивается с кризисом предложения на фоне пандемии и недостатка инвестиций в добычу энергоносителей и других материальных ископаемых ресурсов. Политика декарбонизации за счет электрификации и развития ВИЭ запустит начало десятилетнего сырьевого суперцикла, предупреждают эксперты Saxo Bank.
Объяснение роста цен на энергоресурсы ускоренным строительством ветровых и солнечных электростанций не является распространенной точкой зрения. Однако в Saxo Bank настаивают, что из-за нестабильности генерации эти источники не в состоянии предложить необходимое количество электроэнергии, что приводит к отставанию предложения от спроса, замедлению роста реальной экономики и инфляции, ведущей к отрицательным банковским ставкам.
На рисунке изменение баланса генерации Германии в 2021 году по сравнению с 2020 годом.
Изменение структуры генерации Германии в 2021 году по сравнению с 2020 годом
Выработка ветровых электростанций за год снизилась на 16,1 ТВт*ч или на 12,4%. Недостающую электроэнергию компенсировали электростанции на угле и лигните.
Аналогичная ситуация имела место в Великобритании.
Изменение структуры генерации в Великобритании в 3 квартале 2021 года по сравнению с 3 кварталом 2020 года
За год мощности ветрогенерации выросли на 4%, а производство электроэнергии ветряками сократилось на 38% для оншорных и на 24% для оффшорных генераторов. Мощность солнечных панелей увеличилась на 2,0%, а производство электроэнергии сократилось на 1,8%. Даже гидрогенерация сократилась на 45% из-за сокращения осадков на 42%.
Кроме нестабильности, ветрогенераторы и солнечные панели самим фактом своего существования повышают стоимость ресурсов и электроэнергии. Мощность ВИЭ в любой момент может упасть до нуля, поэтому ВИЭ-энергетика требует 100-процентного резервирования. Потребителям энергии необходимо платить за две системы энергоснабжения: систему ВИЭ и систему на ископаемом топливе. Даже если ВИЭ полностью обеспечивают потребности в электроэнергии, должны поддерживаться в рабочем состоянии и быть готовыми заработать в любой момент газовые и угольные электростанции: на станциях должен быть запас топлива, должны присутствовать рабочие смены с соответствующей зарплатой, проводиться ремонтные и профилактические работы.
Кроме того, при эксплуатации «пуск-стоп» газовые и угольные станции не могут использовать оптимальные режимы работы. Невозможно использовать комбинированные парогазовые установки с КПД до 60%, а только одиночные газовые турбины с КПД до 35%. Проблематично эксплуатировать угольные станции со сверхкритическими режимами работы.
В результате потребление топлива вроде бы сокращается за счет ВИЭ, а цена электроэнергии растет. Добавим, что цена электроэнергии, как и любого материального товара, в основном определяется затраченной на его производства энергией. Рост цены электроэнергии однозначно показывает – в электроэнергике выросло потребление топлива. Парадокс: непосредственно ветряки и панели топлива не потребляют, а чем больше доля прерывистых ВИЭ, тем больше требуется энергии на содержание дублирующих генерирующих мощностей. Поэтому Goldman Sachs в очередной раз повысил прогноз по средней стоимости нефти марки Brent на 2022 год с $81 до $96 за баррель, на 2023 год – с $85 до $105 за баррель.
Некоторые эксперты говорят о возможности снижения цены нефти до 70 $/барр. к концу года вследствие роста предложения – высокие цены стимулируют добычу. Но даже если цена действительно снизится, тенденция удорожания ископаемого топлива и энергоносителей в целом никуда не исчезнет. Дуг Кинг, глава Merchant Commodity Fund, который в прошлом году получил для своего фонда рекордную доходность в 74%, ожидает дальнейшего роста цены нефти. Она может даже достичь 200 $/баррель в течение следующих пяти лет, считает Кинг, указывая на проблемы с наращиванием добычи при одновременном росте потребления, прежде всего, в развивающихся странах, которые озабочены подъемом уровня жизни населения и снабжения его доступными энергоносителями, а не борьбой с AGW.
