Когда мейджеры в США и Европе терпят поражения от акционеров по поводу недостаточного внимания к экологии, в крошечной Гайана разворачивается не менее любопытный процесс.
Когда мейджеры в США и Европе терпят поражения от акционеров по поводу недостаточного внимания к экологии, в крошечной Гайана разворачивается не менее любопытный процесс. В конституционный суд Гайаны подан иск в котором правительство обвиняется в нарушении прав граждан и будущих поколений на здоровую окружающую среду. Целью иска является прекращение бурения и добычи нефти в прибрежных водах республики консорциумом компаний во главе с ExxonMobil (разведочный блок Stabroek является совместным предприятием нефтяных компаний ExxonMobil, Hess Corporation и дочерней компании Китайской национальной оффшорной нефтяной компании). При этом разработка нефтяных месторождений считается единственным шансом республики поднять уровень жизни. По оценкам Exxon, под морем находится не менее 8 миллиардов баррелей сырой нефти, а также триллионы кубических футов природного газа.
Иск в правительству подан двумя гражданами Гайаны: Квададом де Фрейтас, 21-летним туристическим гидом из числа коренных народов из региона Рупунуни, и доктором Троем Томасом, преподавателем Джорджтаунского университета и бывшим президентом антикоррупционной организации Transparency Institute Guyana.
Это не первое действие упомянутых лиц с целью добиться запрета добычи нефти. Ранее они оспаривали утверждение правительством лицензий на бурение на том основании, что только один из партнеров по совместному предприятию имел экологическое разрешение. Судья вынес решение против участников кампании, и это дело находится в апелляционном суде Гайаны.
Второй случай, в котором оспаривался срок действия экологических разрешений, выданных для первых двух геологоразведочных проектов, был успешным. Срок их действия истечет не в 2040 году, а в 2021 году, поэтому Exxon придется повторно подать заявку на разрешение в следующем месяце.
Участники иска в конституционный суд Гайаны хотят, чтобы суд объявил, что конституционные обязанности правительства требуют от него прекратить санкционировать деятельность, которая может внести значительный вклад в изменение климата, закисление океана и/или повышение уровня моря.
В этой истории интерес представляет очевидный факт финансирования деятельности Квадада и Троема кем-то на протяжении минимум трех лет, причем достаточным, чтобы нанять адвоката вести иск в конституционном суде.
«Это классическое дело, представляющее общественный интерес, – сказала адвокат Мелинда Джанки, представляющая истцов в суде. – В 2001–2002 годах я очень сильно лоббировала правительство Гайаны, чтобы оно включило в конституцию право на здоровую окружающую среду. В интересах всех знать, что означает закон, является ли добыча нефти нарушением права на здоровую окружающую среду. Затем правительство должно решить, какие действия предпринять».
Причины европейских и американских исков к мейджерам можно искать в двух направлениях. Первое, под влиянием массового экологического психоза, изо всех сил раздуваемого политиками и СМИ в США и Европе, некоторые граждане действительно поверили в смертельную угрозу добычи нефти для климата планеты. Явления массового психоза в истории известны. Но эта версия опровергается фактом поддержки акционера Exxon экологического активиста «Двигатель №1» в его стремлении провести в совет директоров компании новых людей со стороны трех основных акционеров ExxonMobil: Vanguard Group, BlackRock и State Street Corp.
Невозможно поверить, что владельцы Vanguard Group, управляющие более 6 трлн долл. активов, могли поддаться экологическому безумию. А для вливания «свежей крови» у акционеров были все основания.
С начала 2015 года акционеры ExxonMobil понесли совокупный годовой убыток в размере -2,5%, исходя из цены акций и дивидендов, по сравнению со среднегодовым приростом + 14,4% в S&P 500.
Но даже в течение гораздо более длительного периода, с начала века, совокупная годовая доходность Exxon для акционеров (+ 4,9%) оказалась намного ниже эталонного показателя широкого рынка (+ 7,1%).
Более того, ни одна из крупных международных нефтяных компаний (Exxon, Chevron, Shell, BP и Total) не достигла уровня доходности более широкого рынка акций за последнее десятилетие. Это, кстати, означает, что на мировом рынке избыток нефти от дешевых производителей вроде саудитов, и ее цена слишком мала для добычи с высокой рентабельностью в высокозатратных проектах. ОПЕК+ со своим ограничение добычи уже добился дефицита нефти на рынке более 1 мб/с. Вроде бы цена должна расти, но на уровне свыше 60-70 долл. за баррель на рынок начинают выходить высокозатратные проекты, и цена снова может упасть. Стоит согласиться с Вагитом Алекперовым, который предлагает снимать ограничения по добыче нефти в рамках ОПЕК+ при цене $70 за баррель, и с его словами: «говорить о конце эпохи нефти рано, еще не закончилась "эпоха дров" (это о пеллетах, производство которых растет бешеными темпами).
Именно недостаточная доходность Exxon для акционеров стала причиной союза экологических активистов и институциональных инвесторов. Но можно думать и по-другому: институциональные инвесторы в своих целях оплатили «Двигателю №1» затраты на его массированную атаку на директорат Exxon.
Ничего особенного в этом нет. Деградация эффективности управления в крупных компаниях совсем не редкость. Бесполезная трата денег на амбициозные проекты, вроде канадских песков и глубоководного бурения в Арктике, неудачная покупка а 2009 году газового гиганта XTO Energy за $41 миллиард как раз перед падением цен на газ плюс другие неправильные решения привели к тому, что самая дорогая компания мира в 2013 году в 2020 году была удалена из индекса Dow Jones
Однако Vanguard и другие акционеры привели в состав директоров Exxon не сумасшедших экологов, как это можно было бы ожидать от «Двигателя №1», а вполне достойных людей: Кайсу Хиетала и Грегори Гоффа.
Кайса Хиетала – бывший исполнительный вице-президент по возобновляемым источникам энергии в Neste, крупнейшей финской нефтяной компании, имеющая 20 лет стратегического и операционного опыта в нефтедобывающей отрасли. Во время ее работы в качестве исполнительного вице-президента по возобновляемым продуктам в Neste выручка ее сегмента выросла в 1,6 раза, операционная прибыль – в 4 раза, а преобразование компании было названо Harvard Business Review в 2019 году одним из «20 лучших бизнес-преобразований последнего десятилетия».
Грегори Дж. Гофф проработал почти 30 лет в ConocoPhillips, в конце карьеры занимал должность старшего вице-президента по коммерческим направлениям. Был генеральным директором нефтяной компании Andeavour и исполнительным вице-председателем Marathon Petroleum Corporation. В 2018 году назван одним из «Лучших руководителей в мире» по версии Harvard Business Review.
Кандидатуры г-жи Хиетала и Грегори Гоффа наглядно показывают, кто стоял за спиной «Двигателя №1».
Действия Vanguard Group, BlackRock и State Street Corp можно было бы рассматривать именно как попытку влить свежую кровь в руководство Exxon, если бы не иск против компании в Гайане, который никак не укладывается в стремление акционеров повысить дивиденды компании. Гайянские месторождения – основная надежда Exxon. Также невозможно поверить, что при наличии желания Vanguard Group и другие акционеры не могли предотвратить подачу иска в Гайяне, направленного против Exxon.
Явно скоординированные атаки против пятерки крупнейших компаний мира гораздо больше похожи на попытки уничтожить компании, чем на стремление добиться повышения из результативности.
Как справедливо пишет Чарльз Роттер, каждый должен заниматься своим делом. Бизнес по декарбонизации (ветер, солнце, улавливание углерода и т.д.) принципиально отличается от нефтяного бизнеса. Нефтяной бизнес – это бизнес, ориентированный на прибыль, где ключ к успеху – опыт в добыче и маркетинге нефти и газа. Бизнес по декарбонизации – это все, что касается государственных субсидий и подачек, а ключевыми являются политические связи.
Роттер напоминает, что в 1970-х годах Exxon уже пыталась диверсифицировать бизнес. Компания стремилась войти в два бизнеса: ядерная энергетика и бизнес по обработке текстов. Едва они создали дочернюю атомную компанию, как в 1979 году произошла авария на Три-Майл-Айленде, в результате которой в США на десятилетия закончилось строительство всех атомных электростанций. Ядерный бизнес Exxon был продан Siemens с большими потерями. Текстовый редактор также потерпел крах, в 80-х годах его обошли на рынке такие компании, как Wang и Digital Equipment (до того, как они также проиграли новым конкурентам).
Нам остается следить, как неведомые силы загоняют ведущие нефтяные компании в ловушку энергоперехода, и гадать, зачем они это делают.
Ничего не случится
Exxon, Chevron, Shell, BP Plc и Total SE вместе производят менее 15% мировых поставок нефти. Даже если они разорятся, ничего не случится. Другие компании купят их активы и будут продолжать добычу нефти и газа, а возможный спад добычи легко покроют страны ОПЕК+ и другие производители.
С ростом цены нефти оживает сланцевая добыча в США. Пока компании действуют предельно осторожно. Если до пандемии сланцевые компании повторно использовали 70-90% своего денежного потока на дальнейшее бурение, теперь они сохраняют этот показатель на уровне около 50%, возвращая кредиты и выплачивая дивиденды.
Сокращать добычу никто не собирается. Недавний опрос Pew Research показал, что большинство американцев выступает против отказа от ископаемого топлива.
Вот график роста числа скважин в США.
Источник: Рон Паттерсон
В отчете Westwood Global Energy Group, посвященном состоянию нефтегазовой геологоразведки в мире, отмечается, что не обнаружено никаких доказательств реальных изменений стратегий ГРР в отрасли в ответ на энергетический переход в период 2016-2020 годов, а также в реализуемых сейчас планах на 2021 год, сообщает «Нефть и Капитал». Единственное, что удалось выявить аналитикам Westwood Global Energy Group, связано с пристальным вниманием компаний к разведочным работам с коротким циклом, что стало характерно для отрасли после обвала цен на нефть в 2014 году и массированного выхода на рынок американской сланцевой нефти.
Вопреки заявлениям о тотальном переходе на электромобили и их удешевлении, на практике «тесла» только дорожает, за последние два месяца «тесла» дорожала четыре раза. Илон Маск объясняется это ростом стоимости используемых металлов.
Департамент энергетики правительства США предсказывает рост потребления нефти как минимум до конца 2022 года.
Дэвид Миддлтон вообще считает, что «энергетического перехода» в том смысле, в котором он обычно используется, никогда не было и не будет. В его статье говорится: «Мы никогда не переходили от одной формы энергии к другой; мы просто складываем новые источники поверх старых и используем их более эффективно, с меньшим воздействием на окружающую среду. Сейчас мы сжигаем почти столько же биомассы, сколько когда начали сжигать уголь; мы просто больше не полагаемся на китовый жир как на основной компонент этой биомассы».
Автор приводит такой график.
Мы согласны, что нефть доживет до 2100 года. Но будет ли в это время существовать нынешняя пятерка крупнейших нефтяных компаний или их уничтожат ради неизвестных целей? Интересно, посмотрим.
