Правительство компенсирует Сбербанку недополученные доходы по льготному кредиту для еще одного крупного производства литий-ионных аккумуляторов. Распоряжение от 7 сентября 2026 года № 2403-р касается ООО «Инновационные энергетические системы» (ИНЭСИС), на 85,81% принадлежащего производителю беспилотников «Транспорт будущего». Завод в Троицке рассчитан на 4 ГВт·ч в год, больше 15,8 млн ячеек. Предельный объем субсидии – 10 461,5 млн рублей, распределение на 2026–2034 годы, срок достижения результата – 31 декабря 2040 года.
Значение решения – в арифметике отрасли, которая на глазах складывается из четырех площадок.
«Росатом» 15 декабря 2025 года ввел в опытно-промышленную эксплуатацию гигафабрику РЭНЕРА в Немане Калининградской области: 4 ГВт·ч, серийное производство обещано с лета 2026 года. Вторая площадка такой же мощности строится в деревне Красная Пахра в Новой Москве. Запуск сначала анонсировали на сентябрь 2026 года, в июле перенесли на конец года. Заявленные мощности РЭНЕРА – 8 ГВт·ч.
ИНЭСИС добавляет еще 4 ГВт·ч, причем в том же Троицком и Новомосковском округе Москвы: две четверки в получасе езды друг от друга.
Продукция ИНЭСИС дронами не ограничена. Проект описан как производство ячеек на базе NMC, LFP и других химических систем – от электроники и беспилотных систем до электротранспорта и стационарных накопителей. Отдельно компания заявляла о сборке комплектных СНЭ: 900 млн рублей собственных вложений, выход на 1 ГВт·ч в год к 2029 году. Сборка стартует в середине 2026 года на импортных ячейках, переход на российские намечен на начало 2027-го.
Четвертый заметный игрок – опытный завод «Металион» мощностью 0,75 ГВт·ч, работающий в Москве вместе с «ИнЭнерджи» и МФТИ в консорциуме НТИ.
Отсюда вопрос сложнее привычного импортозамещения: кому продавать эти гигаватт-часы.
Исторически главный потребитель литий-ионных ячеек – электротранспорт. Российский рынок электромобилей для 12 ГВт·ч мал. Производители расходятся по беспилотной авиации, промышленности, телекому, резервному питанию и стационарным накопителям для энергосистемы.
Собственная оценка ИНЭСИС: к 2030 году российский спрос составит около 18 ГВт·ч в год, примерно треть – под системы накопления. Оценка исходит от продавца, но публичных альтернатив такого масштаба нет.
Электроэнергетика может стать здесь главным новым рынком. Генсхема размещения объектов электроэнергетики до 2042 года закладывает рост потребления в ЕЭС России с 1 138 млрд кВт·ч в 2023 году до 1 453 млрд в 2042-м. Среднегодовой темп до 2030 года – 2,1%, за весь период – 1,3%. Больше половины прироста приходится на ближайшие годы.
Факт пока идет ниже графика. В 2025 году потребление в ЕЭС составило 1 161 млрд кВт·ч, на 0,8% меньше прошлогоднего с поправкой на високосность. Максимум потребления мощности 24 декабря – 166 155 МВт, минус 1,2% к предыдущему максимуму.
Спрос на накопители создает неравномерность нагрузки: центры обработки данных, новые промышленные подключения, локальные дефициты мощности. Накопитель переносит нагрузку между часами суток и срезает пики.
Наличие применения рынка еще не гарантирует. Системы накопления конкурируют с сетевым строительством, дополнительной генерацией и управлением спросом. Решают стоимость российского кВт·ч емкости, число циклов, срок службы батареи и правила оплаты услуг накопителя в энергосистеме.
Правила пока в проекте. В апреле 2026 года Минэнерго внесло механизм конкурсных отборов СНЭ в энергодефицитных районах: договор поставки мощности с возвратом инвестиций через повышенный платеж оптовых потребителей на 15 лет. Для Дальнего Востока обсуждается 390 МВт емкостью 1 770 МВт·ч, решение привязано к результатам пилота в ОЭС Юга. Отборов пока не назначено.
Участники рынка признают, что отечественные решения дороже импортных, и рассчитывают на снижение издержек по мере выхода гигафабрик на проектную мощность. Точной цены будущих российских систем никто не называет.
Со спросом государство помогает регулированием: российское происхождение дает преимущество в закупках. Планку при этом пришлось опустить. Минпромторг снизил требование к локализации литий-ионных аккумуляторов с 650 до 600 баллов и заморозил его до 1 января 2027 года, объяснив это тем, что отечественные производители пока не закрывают потребности рынка.
Конструкция получается необычная. Государство финансирует стройку, защищает внутренний рынок, смягчает собственные требования к локализации и параллельно пишет правила для нового энергетического применения батарей.
Главным показателем успеха становится загрузка заводов. Через два-три года результат измеряется точнее любой доли «отечественного оборудования»: сколько ГВт·ч реально произведено, сколько продано без прямой бюджетной поддержки, какая часть стоимости приходится на российские ячейки и материалы, насколько цена подошла к импортной.
Аккумуляторную промышленность Россия строит быстро. Рынок, способный ее прокормить, – задача заметно более трудная.
