События в Казахстане – повод поговорить о том, какую роль Республика играет в жизни российского энергетического сектора и как эта роль может измениться в ближайшее время.
Казахстан – второй по величине производитель нефти среди стран, участвующих в альянсе ОПЕК+, но не являющихся членами ближневосточного картеля (не считая Мексики, которая вышла из сделки летом 2020 г.).
Казахстан – второй по величине производитель нефти среди стран, участвующих в альянсе ОПЕК+, но не являющихся членами ближневосточного картеля (не считая Мексики, которая вышла из сделки летом 2020 г.).
Согласно установленной квоте, в феврале 2022 г. Казахстан должен будет добывать не более 1,59 млн баррелей в сутки (б/с), тогда как Россия – не более 10,23 млн б/с. При этом Казахстан не отличается высокой дисциплиной в реализации сделки: в ноябре 2021 г. Республика исполнила свои обязательства по сокращению добычи лишь на 28%, следует из данных Международного энергетического агентства.
Казахстан также является ключевым для России источником угольного импорта: в 2020 г. Россия импортировала из-за рубежа 20,7 млн т угля, из которых 20,6 млн т пришлись на Казахстан, согласно данным ЦДУ ТЭК. Основу импорта составил энергетический уголь, который играет важную роль для Объединенной энергосистемы Сибири, где на долю угольных станций приходится около 50% выработки.
Казахстан – крупнейший грузоотправитель «Каспийского трубопроводного консорциума» (КТК) – трубопроводной системы, соединяющей Прикаспийскую нефтегазовую провинцию на Западе Казахстана с морским терминалом вблизи Новороссийска (КТК на 24% принадлежит РФ). В 2021 г. по КТК было прокачано 60,7 млн т нефти, из них 7,6 млн т пришлись на нефть из России, а 53,1 млн т – на нефть из Казахстана.
Прогноз ИРТТЭК
Несмотря на режим ЧП, в Казахстане не останавливалась добыча нефти и газа. Единственным месторождением, где было зафиксировано незначительное сокращение добычи, оказался Тенгиз, один из трех крупнейших «браунфилдов» Прикаспия (наряду с Кашаганом и Карачаганаком). Однако это может благотворно сказаться на уровне исполнения сделки ОПЕК+.
Более значимый урон понесла топливная розница: в Алма-Ате оказались временно закрыты большинство АЗС. Наряду с ограничениями для автотранспорта в ночной период, это может привести к временному сокращению спроса на бензин. Поэтому казахстанские регуляторы наверняка пойдут на очередной временный запрет железнодорожных поставок бензина из России, к которым Казахстан трижды прибегал в 2020 г. для поддержки собственных НПЗ в условиях пандемии.
Однако в целом январские события возымеют лишь косвенный эффект – в частности, в виде возможного перераспределения налогов в пользу нефтеносных западных регионов Казахстана, что никак не отразится на российском ТЭК.
