Россия неожиданно оказалась в числе бенефициаров глобального энергетического кризиса, спровоцированного войной на Ближнем Востоке. Доходы Москвы от экспорта нефти резко возросли — и продолжают расти по мере того, как Ормузский пролив остается закрытым для судоходства.
По данным майского ежемесячного доклада Международного энергетического агентства (МЭА), доходы России от экспорта нефти в апреле составили $19,18 млрд — на $180 млн больше, чем в марте, и на $6,28 млрд больше по сравнению с апрелем 2025 года. Ключевую роль в росте доходов сыграло закрытие Ормузского пролива в результате ирано-американского военного конфликта. Война с Ираном и последовавшая блокада Ормузского пролива резко сократили мировые поставки энергоносителей, подтолкнув глобальные нефтяные котировки вверх и приблизив цены на российскую нефть марки Urals к рыночным уровням.
В мае Россия будет рассчитывать налоговые поступления от нефти исходя из средней цены Urals в $94,87 за баррель — максимального показателя с октября 2023 года. В рублtвом выражении это составляет около 7300 рублей за баррель — на 18% больше, чем в апреле, и почти на 60% выше, чем годом ранее.
Дополнительную роль сыграла позиция США: администрация Трампа выдала временное санкционное разрешение, позволившее мировым покупателям принимать российские нефтяные грузы в попытке стабилизировать энергетические рынки в условиях геополитической турбулентности. Хотя первоначальное разрешение истекло 11 апреля, Вашингтон продлил его еще на 30 дней — до 16 мая.
Параллельно Россия компенсировала потери через трубопроводный экспорт: трубопроводные поставки выросли на 36%, чему способствовало возобновление в конце апреля прокачки по южной ветке нефтепровода «Дружба» в Венгрию и Словакию. Обе страны, освобожденные от санкций ЕС, возобновили получение порядка 175–200 тысяч баррелей в сутки российской нефти.
Нефтяной ветер в паруса российской казны не снимает всех проблем. Совсем недавно Москва понизила прогноз экономического роста на 2026 год с 1,3% до 0,4%. В первом квартале ВВП России сократился на 0,3% — первое квартальное снижение с начала 2023 года: высокие процентные ставки, санкции и замедление внутреннего спроса дают о себе знать.
Кроме того, укрепление рубля создает нетривиальную проблему: нефть котируется в долларах, а налоги собираются в рублях. Укрепление национальной валюты уменьшает рублевый эквивалент каждого экспортированного барреля. Дополнительной нагрузкой на бюджет служат субсидии нефтепереработчикам: только в апреле Россия выплатила около 359 млрд рублей (примерно $4,8 млрд) для поддержки отечественных НПЗ и сдерживания внутренних цен на топливо.
Парадокс текущей ситуации очевиден: война в Персидском заливе, которую Россия не вела, обогащает ее бюджет быстрее, чем это смогли сделать годы нефтяного бума. Нефть по $95 делает то, чего не смогли ни санкции, ни денежно-кредитная политика: временно уменьшает бюджетные проблемы и дает РФ возможность пополнять резервный фонд.
